Впрочем, брюнетка оценила фотографию прабабушки.

- Классно. Состаренная бумага. И телка в правильном прикиде.

- А вот мой прапрадедушка.

- Тебе нужны точно такие усы, - сказала она, - если не растут, могут снабдить классным геночипом.

Она так и осталась с ним на "ты", здорово. Хотя Андрей чувствовал, что это, скорее всего, свидетельство ее пренебрежения его персоной.

- А теперь расскажи мне про твое чудо-юдо, - попросила Вера.

Он говорил и говорил, хотя понимал, что этого делать не стоит. Что нельзя раскрывать постороннему то, что не слишком ясно самому себе.

-... То, что в тарелке, это, в натуре, новый уровень нанотехнологии. Не просто стая наноботов и нанокомпьютеров, которые собирают молекула за молекулой какую-то конструкцию, а затем тихо-мирно выпадают в осадок. У меня колония умных техноклеток. Да что там колония, это без пяти минут организм, способный расти, размножаться, саморазвиваться и самосохраняться. Понимаешь, я при помощи своего интерфейса учу мыслить конгломерат техноклеток, чтобы он все делал это красиво и правильно, лучше чем в природе, не тупым перебором вариантов.

- Ты про эту грязь в тарелке? - уточнила Вера и ее красивый рот замер в гримаске непонимания.

- Вот именно, я хочу, чтобы эта "грязь в тарелке" не была нам чужой, чтобы она могла общаться с нами, чтобы она понимала нас. Уверен, что она уже чувствует нас, а скоро будет думать о нас.

- А кто ты по образованию? - Вера провела пальчиком по рубашке Андрея, да так что его внутренние органы моментально встали по стойке смирно.

- Я, - он замялся, - никто. Немного программист, немного лингвист, немного художник. Вон, смотри, там, на стене, анимэ-картина: "Лаокоон с сыновьями избавляется от компьютерных червей". Это я нарисовал микросхемной краской.

- А, я думала, что это схема канализации... Но ты не математик, правда? Тебе нужен математик? Да, тебе определенно нужен математик.