Поэтому теоретически маневры с их участием могли бы состояться, но король этого не хотел. Он систематически саботировал почти все начинания штаба и вообще был бы не прочь отбыть восвояси или, в крайнем случае, ограничить свое участие в будущей войне с Уларатом до минимума. Союз с Фегридом ему навязали благодаря тому, что император верил во внезапный эффект чудо-оружия — амулетов-гранат и прочих устройств Нермана.

— Наконец-то мы наедине, — произнесла Илания.

— Не совсем, — ответил король, показывая на ранигских гвардейцев, стоящих у ворот неподалеку.

— Ну и что? — пожала плечами принцесса. — Они не ишибы и даже наверное не дворяне. А мне так хотелось поговорить с твоим величеством.

Девушка приблизилась к Нерману очень близко, но он сделал вид, что увлечен разглядыванием какой-то бабочки и быстро отошел за большую кадку с цветами. Пикантность ситуации заключалась в том, что дворец принадлежал Илании. Однако после покушения на жизнь короля, произошедшего здесь же, принцесса отдала ему дворец во временное пользование.

— Как твое величество относится к выгодным бракам? — Илания перешла в решительное наступление.

— Посмотри какая бабочка! — воскликнул Нерман, показывая на невзрачного сероватого мотылька. — Ну что за чудо!

Принцесса бросила быстрый взгляд на насекомое. Ее не так-то легко было сбить с намеченного пути, хотя король Ранига и Круанта только этим и занимался последний месяц. Михаилу даже приходила в голову мысль, что он мог бы написать учебник 'Сто путей избежать соблазна, или как не жениться на молодой и привлекательной дочке императора'.

— Мне кажется, что каждый правитель должен думать о том, чтобы укрепить свое государство с помощью брака, — продолжала Илания, поправляя на себе легкое белое платье так, что половина груди оказалась видна.