Сюзанна присоединилась к нему, внимательно глядя в глаза. Она была его второй женой, моложе Квендиша на десять лет, но стала прекрасной матерью всем его детям и великолепной хозяйкой. Сюзанна ласково коснулась его руки:

— Ты обеспокоен, дорогой. Думаешь о ветре с севера?

— Да, и о том, что давно не было дождей.

— И о Клеоне?

— Да, — он кивнул, — и о нем тоже. — Его рука сжалась в кулак. — Несчастье! Нужен был всего только год — и он был бы в безопасности! Я… — он осекся, с горечью вспоминая о прошлом. Но у него есть еще семь детей, и надо думать о них, об их судьбах и счастье.

— Извини, — произнес он тихо. — Просто я никак не могу привыкнуть. Конечно, это мог быть не Клеон, а кто-то другой…

— Не обязательно, — ответила она, ловя его взгляд. — Ты мог освободить нашу семью от повинности.

— Да, мог, — согласился он горько. — Не думай, что я мало взвешивал и решал. А что бы тогда сказали обо мне соседи? Работники? Ты же знаешь, что случилось с гроуэром Рентайлом. Он сделал это, и однажды утром проснулся в горящем доме. Сгорело почти все. Рабочие не глупы, а люди, пришедшие в ярость и гнев, совершенно забывают о традиционном уважении и повиновении. Если мы хотим выжить, нам надо все решать вместе, сообща.

— И умирать тоже вместе, — в ее голосе звучала горечь. — Я видела счета в твоей конторе, говорила с агрономом Лидерманом. Он хороший специалист, но он же и трусливый лжец. Урожаи не увеличиваются, кривая их графика не идет вверх. А если подумать об урагане, ветре, проливных дождях — то что будет с землями? Что мы сможем сделать?

— Ничего. Не надо бояться. — Он старался говорить твердо. — Дождь смоет с почвы вредные семена сорняков. Значит, дождь — это друг. Ураган? — Он пожал плечами. — Никто, конечно, не застрахован от капризов природы, но мы будем надеяться на удачу. Лидерман строит свои прогнозы, основываясь на очень призрачных и ничтожных вероятностях событий.