- Почему же вы опустились здесь, а не на Внутреннем Кольце? Там было бы гораздо лучше. Вы что, не знали, что здесь увидите?

- Я знал, что начиная с Нового Рима я все делал не так, - признался я. - Но мне предложили перелететь сюда. А я был в таком же положении, как и ты; ни денег, ни перспективы. И к тому же, у меня вещи Лэпторна. Я смутно представляю, как их отправить в его старый родовой дом.

- Какие вещи?

- Так, ерунда. Но мамочка с папочкой, наверное, будут рады получить их, особенно сейчас, когда они перестали получать от него письма. Думаю, они даже делают слабую надежду, что он еще жив. Лучше мне повидаться с ними.

- Вы знаете, где они живут?

- Я их никогда не видел, но Лэпторн рассказывал мне о них довольно много, и, думаю, мне не трудно будет их найти. Родители и сестра все еще благоденствовали, когда я слышал о них в последний раз.

- Внизу есть телефон, - сказал мальчуган.

Я должен был в конце концов столкнуться с этой проблемой нос к носу. Но не сейчас. Я бы чувствовал себя настоящим негодяем, если бы мне пришлось просить милостыню у старшего Лэпторна для того, чтобы вручить ему то, что осталось от его сына.

- Ты чересчур беден, чтобы думать о гордости, - вмешался ветер.

Знаю, ответил я. Должно быть, я пробормотал это вслух или зашевелил губами, потому что Джонни спросил:

- Что?

- Ничего, - сказал я. - Разговариваю сам с собой. - Я снова умолк, размышляя о телефоне, старшем Лэпторне и дорогостоящем проезде в поезде.

- Вы упомянули о колоссальном долге, - сказал Джонни. - Как вы умудрились заиметь его?

- Банда под названием "Карадок" потребовала с меня деньги за свои услуги, необходимые для моего спасения со скалы, на Новый Рим и выколотили из меня двадцать тысяч.