Вернулся Тотлант, ставивший новые охранительные заклинания вокруг стоянки и проверявший состояние лошадей. Вместе с волшебником в теплую палатку ворвались клубы морозного воздуха.

– Эй, Тотлант, – озабоченно позвал Конан, разрезая одежду на парне – теплую верхнюю и льняную нижнюю рубахи, поверх которых была одета толстая безрукавка росомашьего меха. Обычный наряд лесовиков Пограничья. – Иди сюда и употребляй свое искусство. Мы тут бессильны. Нужен знающий лекарь.

Веллан, Эртель и Эмерт согласно закивали. Воин должен уметь перевязать и заштопать рану, знать о целительных настоях или мазях, но работать с переломами? Подобными недугами пускай занимаются обученные в лучших храмовых школах митрианские монахи или, допустим, колдуны, практикующиеся на лечебной магии. Тотлант должен уметь справляться с повреждениями костей…

– Отойдите, – проворчал волшебник, присаживаясь на корточки рядом с мальчишкой. – Эртель, не мельтеши. Лучше набери в котелок снега, пригодится. Конан, найди пожалуйста флягу с красным вином. И подайте сюда мой мешок!

– Раскомандовался, питон стигийский, – буркнул варвар, однако исполнил все, о чем просил Тотлант. – Из-за вас, колдунов все беды в мире, а отнюдь не от пьянства, как некоторые утверждают. Как полагаешь, остаток ночи пройдет спокойно?

– Не знаю, – огрызнулся Тотлант, копаясь в объемистом кожаном бауле, на который была навешана уйма позвякивающих амулетов, монеток и просто украшений. – Магический шторм пока не кончился… Теперь – не мешай. Эртель, зажри тебя Сет, не загораживай огонь.

– Ухожу-ухожу, – отодвинулся оборотень. – Только не превращай в жабу, дядюшка расстроится.