- Вот ведь бедолаги! Как бы не потонули, - каперанг Васильев перегнулся с мостика, зажатого между трубами, стараясь рассмотреть, что позади. - Помогите же им!

  - Бикфорд зажгли! - истошно заорал кто-то снизу. - Манзы проклятые! Стреляй! Стреляй!

  Хлопнуло несколько винтовочных выстрелов, и почти сразу на джонке чудовищно взревел взорвавшийся динамит. Окутанный удушливым дымом "Владимир Мономах" тяжело качнулся на борт, потом на другой, глубоко проседая кормой. Взрыв снес с бизань-мачты марсы и реи, она стояла, накренившись, дочиста вылизанная огнем - черная, страшная, голая. Сорванное взрывом орудие бросило в заднюю трубу, из которого теперь торчал согнутый в дугу ствол. По накренившейся, частью обрушившейся палубе ползали, скатывались вниз контуженные, ослепленные, обожженные взрывом люди, в море виднелись выброшенные за борт. Внизу, на батарейной палубе, занимался пожар, и хоть его удалось быстро потушить, крейсер был обречен. Страшное сотрясение сдвинуло броневые плиты, выбило клепки, разодрало швы обшивки, прогнуло переборки. Вода хлестала в угольные ямы, началось затопление машинного отделения и кочегарок. Попытки навести пластырь не давали результата. Встала динамо-машина, прекратили работу помпы, откачивавшие воду.

  К крейсеру подошел пароход "Дальний Восток", рядом разворачивался "Рюрик", открывший огонь по нескольким видневшимся вдалеке джонкам. С "Мономаха" спускали шлюпки, кто-то, не дождавшись, прыгал с накренившегося крейсера в теплую воду, греб к близким кораблям. "Мономах" постепенно погружался, задирая украшенный золоченым орлом форштевень. Со стороны Печали заметили большой корабль. На "Рюрике" пробили боевую тревогу, но подошедший оказался союзником - японским крейсером "Читозе". Узнав о произошедшем, японский командир предложил содействие, но помочь "Мономаху" было уже нечем. Оставленный экипажем, почти не видный под водой, он был добит артиллерией "Рюрика", который в одиночестве повел транспорт в Порт-Артур.