- Жанна! Ты где? Я звоню тебе, звоню, а ты трубку не поднимаешь! - Ангелина вопила так, что я отставила трубку в сторону на целый метр и всё равно прекрасно слышала крики, ожидая, когда Гелька прекратит бесноваться. Наконец, подруга успокоилась и сообщила:

- Жанночка, меня обокрали! - теперь трубка заливалась плачем, рыдала так, что если бы по телефонным проводам могли литься слёзы, я, наверное, плавала бы уже под потолком вместе с вещами. Сквозь рыдания иногда прорывались слова, и я поняла, что Гелька вернулась домой и увидела распахнутую дверь.

- Ты сообщила о взломе в милицию? - прервала я подружкин плач.

Она тут же замолчала и ответила:

- Нет, да и зачем? Ты разберёшься лучше всякой милиции.

Мои подруги считали меня гением сыска. То, что я писала детективные истории, конечно, не давало повода так считать, но однажды я сама без помощи милиции разыскала украденные у меня вещи, то есть, помогла себе сама, и с тех пор мои дорогие подруженьки при малейшем намёке на криминал, тут же обращались ко мне. Так что неудивительно, что Гелька позвонила.

- Жанна, приезжай! - рыдала Гелька. - Я тут сижу одна! Я боюсь - двери открыты!

- Ну, так закрой, - посоветовала, - и заяви о взломе в милицию, а утром приеду, - попыталась я отвертеться от визита к Гельке в такое сумасшедшее время.

- Да не могу я дверь закрыть! Ты что, не видишь что ли, что она с петель сорвана! - обиделась Гелька, и я заподозрила, что это у Гельки мозги с петель сорвались, ибо нормальный человек не мог такое заявить. Видать, дело и впрямь серьёзное, если у самой психически устойчивой дамы из всей нашей разведённой компании «крыша поехала» - Гельку разозлить или выбить из настроения было очень трудно. Вздохнув, я сообщила трубке: