- За что же тебя хвалить-то?

- За хороший нос. Он длиннее твоего.

- Велика важность. У слона, например, нос во сто раз длиннее, но слон не хвастает.

- Слон может порхать? В форточку залететь? На дерево сесть?

- Не может...

- А я могу. Выходит, я самый лучший в мире!

- Ты хоть бы грамоте выучился, - сказала Бабушка.

- Зачем Ворону грамота? И без грррамоты все знаю!

- Нет, милый друг, надо тебе учиться.

- Не могу. Занят.

- Что же ты делаешь? Чем занят? Ворон ответил не сразу. Он помолчал. Оглянулся по сторонам и произнес очень тихо:

- Кррра-кррраски стерегу.

- Какие еще краски? Ты художник?

- Я знаю, бабушка! - воскликнул Типтик. - Коробка с акварельными красками? Так?

- Так, - кивнул Ворон.

- А внутри на крышке таинственная считался: "Рази-двази, тризи-мизи..."

- Мол-чать! - скомандовал Ворон. Он опять оглянулся вокруг: не услышал ли кто-нибудь посторонний эти слова?

И улетел, встревоженный.

Глава тринадцатая

Уроки

Воронуша стал прилетать часто - то днем, то ночью. Он был очень осторожен, и кроме Типтика и Бабушки его никто в доме не видел.

Бабушка обучила Воронушу четырем правилам арифметики.

Тот моментально сообразил в чем дело и быстренько наловчился складывать, умножать, с удовольствием отнимал. Но делить ни за что не соглашался:

- Отнимать, потом складывать - прррекрасно! Делить не хочу пррро-пррротивно!

А Типтик читал ему вслух разные книжки. Воронуша слушал невнимательно, глаза у него затягивались пленкой - не проходило и трех минут, как он сладко спал.

Сны Воронуша видел приятные: будто бы сидит он в большом гнезде, а рядом лежат котлеты, пироги, колбаса, пряники, и все это можно есть, не сходя с места.

Глава четырнадцатая

Приключения начинаются

Папа с мамой ушли на работу. И только за ними захлопнулась дверь - в форточке показался Ворон: