- Я всегда тут, куда же мне деваться? - с неудовольствием отозвался смотритель зала, протирая очки кусочком белого холста. - Как ты говоришь, скриплю ли? Да вот, помаленьку, день за днем, да... Жарковато сегодня, верно? За чем пришел-то?

- Ни за чем, - выпалил Флей, и Ротткодду почудилось, что голос пришельца носит несколько угрожающий оттенок. - Ничего мне не нужно. - После чего камердинер провел вспотевшими ладонями по полам своего лоснящегося камзола.

Ротткодд растерянно махнул метелкой по носкам своих башмаков и сказал бесцветным голосом:

- Ну-ну, понятно...

- Ну-ну, говоришь? - воскликнул гость, направляясь вдоль ряда деревянных скульптур. - Пожалуй, одним "ну-ну" здесь не отделаешься.

- Ну конечно, - хозяин помещения упивался собственным спокойствием, - я тебя понимаю. Но не совсем. Я ведь смотритель.

- Кто? - поинтересовался Флей, даже повернув голову. - Смотритель, говоришь?

- Вот именно, - ледяной тон Ротткодда звучал убийственно.

Флей кашлянул - кажется, тоскливо подумал Ротткодд, этот остолоп не понимает значение слова "смотритель". Какого черта тогда притащился сюда?

- Ну, смотритель, - заговорил Флей, выдерживая необходимую паузу, - я тебе кое-что скажу. Кое-что новое. Ну как?

- И что же? - небрежно поинтересовался хозяин.

- Скажу, скажу, - заверил Флей. - А какой у нас сегодня день? Какой месяц и год на дворе? А?

Вопрос озадачил Ротткодда, но вместе с тем заронил-таки в его душу легкий интерес. Несомненно, чертов лизоблюд пришел сюда не просто так, и потому смотритель Барельефного зала выдавил:

- Вообще-то сегодня восьмой день восьмого месяца... А вот насчет года я что-то не совсем уверен, да... Но почему ты спрашиваешь?

Флей бесстрастно повторил:

- Восьмой день восьмого месяца. Ага... Я... Подойди сюда, я должен тебе кое-что сказать... Знаешь, я никогда не понимал, что творится в Горменгасте...