И не обнаружил ничего такого, что могло бы мне объяснить, куда я попал.

Красиво очень, это да. И песок пляжа светлый, почти белый. Помню, гулял по пляжу одного из Курильских островов, со стороны Охотского моря. Вот там песок был темным, почти черного цвета.

На дворе стоял июнь, солнце с небес жгло немилосердно. И после пары десятков шагов приходилось заходить в море, чтобы остудить начинавшие печь ступни. Ноги в холодной воде быстро начинали неметь. Опять пара десятков шагов по раскаленному песку и снова в воду. И так не хотелось надевать обувь. Вечером обнаружил, что подошвы ступней покрыты множеством мелких темных точек, там, где кожа была обожжена…

И еще. На берегу и у самого берега в воде колыхалось множество разнообразного мусора, в основном украшенного японскими иероглифами. А ведь на острове, мне сейчас уже и не припомнить его названия, не было ни одного поселения, если верить карте. Здесь ничего нет.

И еще медведей там очень много было, прямо медвежий заповедник, вспомнил я, тревожно оглядываясь по сторонам.

Когда же пришла ночь и наступила темнота, я испытал настоящий шок. Такого неба у нас нет и дело даже не в созвездиях. Звезды крупные, яркие и в таком количестве, что света было даже больше, чем в полнолуние.

Темно-синее небо и большие яркие звезды. Нет, это может быть все что угодно, но только не Земля.

Я просидел на камне не меньше часа, не пытаясь даже пошевелиться, все равно бы не получилось. До этого момента все казалось значительно проще и не так страшно, в глубине души все еще теплилась надежда, что я на родной планете.

А теперь, теперь нет никакой надежды, я не на Земле. Только сейчас я понял полное значение слова тоска.

И что мне теперь со всем этим делать? Меня самого-то хоть кто-нибудь о чем-нибудь спросил? Мне все это хоть сколько-нибудь надо?

Утро встретило легким ветерком, навевающим с моря. Ночью я не мерз, и на том спасибо.