Суровцев помотал головой, однако видение не исчезло. Хуже того, движущееся нечто продолжало к нему приближаться. Тогда Иван сжал в кулаке калькулятор словно оружие и шагнул навстречу чудовищу.

– Ты кто? – послышался резкий, нечеловеческий голос, лишенный каких бы то ни было интонаций, когда расстояние между ними сократилось до нескольких метров.

Суровцев растерялся.

– Я? Человек…

– Это я вижу, – прозвучал откуда-то из недр то ли существа, то ли машины отрывистый голос. – Однако вид твой необычен, человек.

– Пожалуй, – согласился Иван, бросив на себя критический взгляд, и поправил подвернувшуюся на бегу штанину.

Теперь они стояли друг против друга, и Суровцев получил возможность рассмотреть получше удивительный феномен, который пока, к счастью, не проявлял никаких признаков агрессивности. Покачивающаяся башня, высотой с трехэтажный дом, которая напоминала шею жирафа, увенчивалась узкой головой. Длинная пасть, приоткрывшись, обнажила такие ровные и острые зубы, что Суровцев непроизвольно сделал шаг назад.

Существо повело шеей и, приподняв голову, легко перекусило засохшую ветку кедрача, толщиной с руку Ивана. Ветка с хрустом упала на землю.

В голове Суровцева мелькали мысли, одна нелепее другой. Космический пришелец?… Придет же в усталую голову этакая чушь!.. Суровцев рассмотрел, что вибрирующая платформа, образующая, так сказать, туловище чудища, опирается не на колеса, а на целую систему гибких щпалец. «Как у Тобора», – подумал он.

Иван машинально глянул на часы. Половина восьмого. До Аксена за оставшиеся полчаса он едва ли успеет добраться, разве что случится нечто сверхъестественное. А что может быть сверхъестественнее, чем вот это длинношее чудище, которое меланхолически покачивает головой?…

Неожиданно голос произнес:

– Я знаю тебя, человек.

– Вот как! Кто же я? – спросил Суровцев, решивший ничему не удивляться.