Иногда из дверных шлюзов показывались знакомые и не очень личности сотрудников Службы, но, узнав меня, тут же прятались. Определители личности дверных шлюзов ни разу не поинтересовавшись сетчаткой глаз и не поздоровавшись, торопливо распахивались, стремясь поскорее отделаться от лучшего спасателя столицы.

Все вышеперечисленное совершенно не поднимало настроения. Обычно с приходом в Управление майора Сергеева народ веселился, пел песни, и каждый старался первым пожать мужественную руку лучшего из спасателей современности. Но сегодня произошло нечто, пока неизвестное мне, что навевало на меня подозрительность и непонимание происходящего.

Вышагивая по коридорам, поднимаясь на лифтах, скатываясь по мраморным перилам, я усиленно размышлял, выдвигая одну за другой версии. Получилось две штуки. Первая. Директор хочет присвоить мне очередное звание. Вторая. Или, что более вероятно, разжаловать до капитана. За что? Директор найдет за что. На то он и Директор.

В приемной, где всегда были рады неофициальному герою майору Сергееву, взвод особо секретных секретарш даже не удостоил меня взглядами. И только настойчивые просьбы сообщить мне, пока что майору Сергееву, где находится Директор, возымели некоторое действие. Одна из особо секретных секретарш, умудрившись приподнять только один глаз, с заметным сожалением в голосе сообщила, что Директор расслабляется в верхней комнате отдыха, куда меня и вызывает. Немедленно и спешно.

Собрав в кучу порушенную после настойчивых уговоров мебель, извинившись и раскланявшись, я отправился в указанном направлении. Верхняя комната отдыха Директора находилась на последнем этаже Службы. Лифты, естественно, туда не возили, так что пришлось добираться пешком.