Весь его рассказ сводился к следующему - навстречу двигается отряд англичан сопровождающих телеги с русскими раненными и несколькими сестрами милосердия. Англичан человек тридцать, все конные, судя по форме драгуны. Чернов ухмыльнулся, увидев, как у меня загорелись глаза.

- Сколько телег?

- Четыре?

- А возницы? Наши или англы?

Он задумался. Видимо об этом он не подумал.

Ладно. Будем действовать. А то как-то мне тоже надоело ходить по своей земле и прятаться от европейской гопоты.

- Значит так, я работаю из кустов с расстояния шестидесяти метров, тут как раз неплохо просматривается…

Все на меня опять с удивлением уставились: не привыкли тут еще к метрической системе.

- …ну тридцати саженей. Вы прячетесь в кустах. Когда они поймут с какой стороны их валят, я успею человек пятнадцать-двадцать положить, вот тогда вы им в спину и ударите. Понятно?

Похоже, что нет - Хвостов и Чернов как-то скептически на меня смотрят. Ну ладно, буду давить.

- Все, выполнять.

Они нехотя отправились занимать позицию, но Чернов решил подстраховаться, видимо в штабе ему на мой счет дали определенные указания…

Пока Верко привязывал наших коней в глубине зарослей, я спокойно занял позицию, с которой прекрасно просматривалась вся небольшая долина, где скоро должны были появиться англичане, аккуратно срезал несколько веток, расчищая сектор обстрела.

Вот впереди появились несколько всадников. Сквозь белорусскую оптику двадцать первого века я прекрасно видел довольные физиономии драгун, которые только что грабанули русский конвой и везут к себе в лагерь на потеху русских сестер милосердия. Время тянулось медленно, и когда вся кавалькада выползла на дорогу, первые всадники были в тридцати метрах от меня - неплохая дистанция. Ну все, поехали. Маркер коллиматорного прицела на ближайшее тело с эполетами…