Но нет ничего в этом мире, что было бы далеко от нас.

И вот разговор, что произошел одновременно (при всей относительности этого понятия) совсем в другом пространстве, но не весьма далеко от гибнувшей планеты, откуда она была видна как бы сверху вниз, и видно было также и многое другое.

- Фермер! - сказал Мастер, невесело, как всегда, усмехаясь. - Вот и опять. Неужели все зря, и мы с тобой бессильны?

Фермер чуть повернул лицо, сосредоточенное и грустное, на котором плясали белые блики.

- Мы снова что-то упустили.

Мастер встал рядом с Фермером и стал смотреть туда же, и на его лице тоже заиграли белые блики, словно от рождавшихся миров - но этот мир не рождался, он гибнул на их глазах. Они молчали, пока не угасла последняя, запоздалая вспышка, которой могло и не быть, ибо все свершилось уже: уничтожение было гарантировано надежно. Лишь тогда Мастер заговорил вновь:

- Мне все же не верилось. Хотя в глубине души я, наверное, ждал этого. Я не смог помешать.

- Ты не посылал туда эмиссаров?

- Четырежды, в разное время. Все четверо либо жестоко убиты, либо умерли в заточении. Я здесь сжимал кулаки, но ничего не мог поделать. Очень жаль, что, посылая эмиссара, мы не вправе помочь ему ничем, кроме советов. Но иначе его раскрыли бы там сразу. А никто не любит влияния со стороны. Перемены должны приходить изнутри - или как бы изнутри...

- Может быть, не надо было посылать их поодиночке? Те же четверо, если бы послать их разом...

- Как будто я не знаю этого, Фермер! Но где мне взять столько эмиссаров? А с группой еще сложнее: она не может быть случайной кучкой малознакомых людей. Наши требования высоки.