— Шесть Пятнадцать, Дэвид.

Ее недорогие часы имели собственную подсветку. Сейчас его «Ролекс» был бесполезен.

Он спрыгнул с кровати и держа ее «Вальтер», подошел к полочке рядом, чтобы взять своего «Орла пустыни». Этот пистолет 44 калибра был не тот, который Руфус Барроус не выпускал из рук до самой своей смерти, и который он передал Дэвиду Холдену вместе с местом лидера «Патриотов» в борьбе против «Фронта Освобождения Северной Америки». Но это оружие было ему также дорого. Когда Рози присоединилась к Тому Эшбруку и маленькой группе израильских коммандос и рисковала своей жизнью, чтобы приехать и спасти Холдена из рук перуанских наркодельцов, которые финансировали ФОСА, она привезла ему этот пистолет.

Он даже не проверял патронник. Пистолет был заряжен, и он не расставался с ним до тех пор, пока они не легли спать, примерно в десять часов.

— Я надеюсь, все в порядке, — прошептала Рози. — Из-за тебя мне срочно нужно в душ.

Она мягко засмеялась.

Дэвид наклонился и чмокнул ее в губы.

— Надеюсь, всю жизнь каждое утро тебе нужно будет в душ из-за меня.

Холден опустил ноги с кровати и встал. Голый, зажав в правой руке «Орла пустыни», он подошел к ближайшему иллюминатору. В носовой части яхты были две каюты, одну из них занимал сам Демосфен Димитропулос.

Сквозь иллюминатор Дэвид Холден видел катер береговой охраны, примерно в двухстах ярдах от берега.

— Черт, — прошипел Холден сквозь зубы.

Зазвонил телефон рядом с кроватью.

— Отвечать? — спросила Рози.

— Наверное, это Димитропулос. Возьми трубку, — сказал Холден. Он подошел к кровати и стал рядом, глядя на Рози, пока она говорила.

— Алло?

Потом Холден пересек каюту и подошел к шкафу. На стуле рядом висели брюки. Их сумки, упакованные еще вчера вечером, были в шкафу. На его сумке сверху лежала смена белья, носовой платок.