Говорить оказалось невозможно.

— Городок хоть по местным меркам и мал, однако люду живет тут порядочно, — наклонилась над столом Славомира.

— Он меня совсем не ценит и относится как к какой-то прислуге, — донеслось от соседок.

— Младенцев, кои знания да истинное зрение принять способны, рождается немало…

— …и все эти сволочи хотят только одного!

— В большинстве из них дар спит…

— …так давайте, девочки, напьемся, чтоб им всем пусто было!

— …и никогда не проснется. Однако есть немногие, чья сила и для великих Домов интерес представляет.

— Фу. Что это за гадость?

Шурик поковырял пальцем в ухе.

— Ну да, есть такие. Обычно принадлежат к старым известным династиям. Они либо принятыми становятся, либо среди магов вес и место обретают. Здесь таких нет.

— …как же я с ними намучалась…

— Уверен? — прищурилась полукровка. — Умеючи и золотой посреди торга находят.

— …и норковую шубу можно выбрасывать на помойку.

— Ведун, душу скрывать не умеющий, издалека виден, — напомнил прописную истину дханн.

— … огромный прыщ на самом видном месте. Это просто что-то ужасное!

— Самородок оттого и ценен, что найти его нелегко, — Славомира недобро зыркнула на соседний столик, откуда в ответ бодро донеслось:

— …и каким образом он выскальзывает из памперса, мне совершенно непонятно!

— Хочешь сказать, ты здесь нашла одного? — дошел намек ведьмы до Шурика.

— …любимое занятие, — кошку мучить.

— Вот именно.

Толстяк принялся шустро соображать. Отцу на глаза Славомира показываться не намерена, но и отдавать ценного кадра чужакам не хочет.