Остальные молчали. Шурик впервые в жизни сожалел о с детства привитом атеизме, лихорадочно вспоминая хотя бы одну молитву, неважно, кому; Алла закрыла глаза и глубоко осела вниз, готовясь к неизбежной аварии; Наташка мысленно сравнивала поездку на дребезжащем рыдване с ездой на сверхсовременном «Мерседесе» и предвкушала, как станет хвастаться экзотикой перед подружками. Говорить сейчас ни у кого не было ни желания, ни возможности — почти все звуки, кроме производимых Славомирой, успешно заглушали стуки, хрипы и постанывания «Москвича».

Как ни странно, единственная внеплановая остановка, она же поломка, произошла неподалеку от цели поездки. Машина заглохла и упорно отказывалась заводиться. Алла хотела предложить дойти пешком, а за усталым тарантасом прислать эвакуатор, но стоило ей только заикнуться о своем предложении, как бабка скомандовала:

— Сидеть! — и вылезла из салона. Как ни странно, ослушаться ее не посмели.

Десяток туристов, привлеченный видом «руссиш мотор», с изумлением наблюдали за следующей картиной. Ветхая, словно божий одуванчик — Шурик мог бы многое сказать насчет этого определения — старая фрау проворно выскочила из-за руля очень древнего транспортного средства, чей вид точно описывался термином «антиквариат». В руках старушка держала огромную клизму, на носик клизмы был насажен длинный тонкий шланг. Бабулька шустро просеменила к задней части машины, оттянула номер, открыв отверстие бензобака, вставила шланг, засосала немного бензина и торопливо подскочила к капоту. Крышка, скрывающая моторный отсек, с громким грохотом взлетела вверх. Водительница бодро произнесла неизвестную фразу. Крышка рухнула вниз, чуть не придавив вовремя отпрыгнувшей старой фрау пальцы. Еще несколько неизвестных, но очень экспрессивно звучащих фраз. Из-под сиденья извлекается длинная палка, предназначенная, судя по всему, специально для подобного случая. Крышка снова оказывается в стоячем положении, на сей раз — припертая деревяшкой.