Он рассмеялся и обнял девушку за плечи. Она попыталась высвободиться, он не отпустил. Тамьен перестала сопротивляться: ей это все-таки понравилось. Она слушала, что говорит Вермес – а он говорил то, что нашептывал биокомпьютер, – и ее глаза все сильнее блестели в сгустившихся сумерках…

На юге поднялась над крышами серебряная арка Врат. Мощенный булыжником переулок вывел их на Оргетолийскую площадь, освещенную старинными газовыми фонарями. «Бархатная пещера» находилась в одном из соседних переулков.

На площади было запарковано множество машин. Под фонарем кучкой стояли полицейские, и вид у них был заговорщически-вороватый. Словно стражи правопорядка задумали по меньшей мере свинтить фары с чужого автомобиля.

– Может, лучше не надо? – робко предложил молоденький полицейский.

– Да ты не бойся, Лугвен, – снисходительным тоном бывалого человека отозвался один из его старших коллег. – Если мы лорда порадуем, нам премию выплатят! Все по закону, все путем. Есть «Правила парковки автомобилей, развивающих скорость более 200 километров в час», утвержденные одна тысяча сто двадцать четыре года назад эсодианским муниципалитетом, и никто их покуда не отменил. По этим правилам такой автомобиль должен стоять в двадцати сантиметрах от края тротуара. Чтоб мне обосраться на месте, если ее машина больше двухсот не сделает! Сейчас Тенгил еще раз проверит и скажет, сколько там сантиметров.

– А дальше? – испуганно спросил молодой.

– Дальше протокол составим, как лорд велел. Ты не напрягайся, мы к ней сами с этим протоколом не пойдем. Наше дело – нарушение зафиксировать. Вызовем спецкоманду, тех ребят лорд самолично натаскивал… Они ознакомят ее с протоколом и вручат квитанцию на штраф. А нам за это – премия!