Три дня назад Рэй простился с нами, улетел на последнем грузолете, на том, что увозил заказы пайщиков. Я сам видел эти списки - громаднейшие фолианты с графами: фамилия, размер пая, заказ, заказ, заказ... На каждого пайщика строка, иногда две, иногда целая страница, всего около миллиона страниц. И вот ушла в космос эта библиотека, энциклопедия затаенных желаний, тайных и явных надежд. Ушла, стала звездой на дневном небе. А миллионы уповающих провожали ее миллионами вздохов, мои товарищи в том числе. Вздыхали, но думали: "Там Рэй, наш собственный делегат. Мечты в надежных руках".
И вдруг этот делегат вбегает в скверик, растрепанный, бледный, с красными пятнами на щеках.
- Ребята, нас продали!
И протягивает скомканное письмо.
"Дорогой мой, ненаглядный, любимый, радость моей жизни!
Прощай навеки, прощай навсегда-навсегда!
Я обливаюсь слезами, не соображаю ничего, еле вижу буквы, прости за мои каракули. Все произошло так неожиданно. Час назад я ничего не знала, приехала на проводы... И вдруг папа объявил, что я лечу, а ты не летишь, что он внес за меня пай в пять раз больше твоего... И мы не увидимся никогда-никогда!