Надо было бросить это все раньше, но на мне постоянно висела сотня человек с семьями, и время для них было непростое. Пока вертелся на пузе эти семнадцать лет, помнил завет отца - "не прощу". А вокруг был шабаш, уж мне изнутри виднее. Как, не воруя, стать миллионером среди воров, грабящих свой народ? Наказать на какую-то сумму каждого, пока не соберется миллион. Но они восполняют потери, воруя снова - и тогда, зачем все это? Деньги для меня всегда были не средством отплатить миру за нищие детство и молодость, не доказательством успешности своего бренного существования самого-самого муравья в муравейнике, а квинтэссенцией свободы, но свободен ли я? Или деньги та же лампа Алладина и я раб лампы?

Я не понимаю этих людей.

Мне пятьдесят лет. У меня два высших образования и два ордена от государства, которого больше нет, шрамы на ноге и руке, о которых всегда спрашивают, два друга, около двух сотен тысяч долларов остатков на счетах и наследство, оставленное мне родителями - небольшая квартира в Питере и дача. И их могилы на Южном. У меня все нормально - почему же мне так горько и больно? За бесцельно прожитые годы? За страну, которую у меня отобрали? За мой народ, которому я присягал защищать и не выполнил присяги?

- Петрович! чего грустный такой и один сидишь? В философию ударился на звезды глядючи? Ты, Юра, как такое объяснишь, смотри, звезды крупные как в Африке. В Африке бывал? Ну! Воздух у меня здесь такой чистый или сам не пойму. Пойдемте, ребята, прогуляемcя в лесок и на боковую. Завтра рыбалку вам устрою, кто не проспит. Наша Карелия такое место - рыбалка лучше, чем в Астрахани. Зверь, птица непуганые. Живешь - как и не на земле, просто сказка.