Эссен с некоторой тревогой и даже удивлением смотрел, как менялось лицо молодого герцога. Когда он понял, что произошло, ему захотелось выругаться. Будущее, еще несколько минут назад казавшееся спокойным и безоблачным, заволокли тучи неизвестности.

- Да, я понимаю и деда и папашу, - стиснув зубы, пробормотал Ганс, - заберем столько, сколько сможем унести. Что у нас здесь еще?

Они пошли вдоль рядов сундуков с откинутыми крышками. В одном из них Ганс увидел толстые трубы с ребристыми поверхностями, чуть прикрытые длинными лентами из соединенных воедино огненных стрел.

- Что это? - обратился он к Эссену. Тот немного помолчал и ответил:

- Это "самострелы", милорд. Самое страшное оружие, которое я когда-либо видел в своей жизни. Эта труба способна выплюнуть за один миг полдюжины "огненных стрел".

- Помните, милорд, - добавил Эссен, - Хранители не дремлют, надо быть осторожнее.

- Да, да, Эссен. Я это помню. Если мы с тобой решим стать самыми сильными правителями Фатерлянда, я даже знаю, с кого мы начнем. Ближайший нас сосед Барон де Саар, очень плохо себя вел на поминках. Я думаю, нам нанесена обида! Как ты считаешь?

- Несомненно, - улыбнулся сенешаль, - я тоже так думаю. Пора ему показать, кто здесь хозяин.

Эссен отметил про себя, что вот это вскользь брошенное "мы с тобой" по возвращении из схрона надо будет как-то узаконить. Такой подход молодого герцога ему определенно нравился.

Как бы отвечая на его мысли, Ганс остановился и задумчиво произнес:

- Эссен, но ведь огненные стрелы когда-то закончатся. Мы не сможем планировать военные компании, не имея возможности пополнять их запасы. Лично я не хотел бы этого делать. Чтобы использовать все это чудо-оружие, надо найти способ пополнять кладовые. Ты займешься этим, Эссен?