— Но тогда наша раса может оказаться в опасности, — обеспокоился эльф. — Сейчас границы лесов удерживаются от орд варваров лишь мастерством мастеров меча и лука.

— Маловероятно, — покачала головой Селес. — Мы все равно останемся лучше людей. Ибо живем дольше, да к тому же поголовно владеем магией, пусть и весьма слабой у представителей младших родов. На смену же соревнованию по умению владеть мечом придет то, что называется 'гонкой вооружений'. То есть, кто сможет сделать лучшее средство, для уничтожения себе подобных, тот и победит. А в ней наш народ выиграет по уже упомянутой причине. К тому же все это дела далекого будущего. А в настоящем императрицей людей стану я! И они не должны выйти у меня из подчинения, пробуя на прочность границы владений эльфов, принадлежащие своей повелительнице. Желательно, вечно.

На этих словах девушка послала своему жениху воздушный поцелуй, заставивший его аж сбиться с патриотической речи, которую бедный боевой маг, не слишком привыкший к изящной словесности, старательно учил все утро.

— Они пытаются выиграть время, — перешел на более приземленные вещи Аксимилиан. — Чтобы ударившиеся в ересь церковники, несомненно одержимые демонами, смогли поднять волну народного гнева и нашу славную армию захлестнуло бы потоками крови. Если бы крепость продержалась три месяца, у них бы получилось. Но она падет через неделю. Потом за месяц мы очистим оставшиеся баронства и выбьем приспешников Бездны из Святого Престола!

— если поступить по другому? — задумчивый и одновременно ехидный голос раздавшийся из-за спины императора. Еле видимый в дневном свете силуэт Канлера Великого, в наглую пристроившийся на крупе коня Аксимилиана заставил ближнюю свиту венценосной особы невольно вздрогнуть и позавидовать простым солдатам, нежити не интересным и нежить эту из-за большого расстояния просто не видевшим.