Ветер хлестал по воде и поднимал крупные волны, сверкавшие как языки пламени. По небу, залитому лунным светом, мчались небольшие облака, быстро объединяясь в тучи. И вот уже небо заполнено темными тучами, они плывут по ветру, постепенно образуя сплошную стену между Землей и Луной.

– Это уже нечто серьезное, – объявил Денни, когда окрестности совсем погрузились в темноту. – Если дальше пойдет в таком темпе, нам придется остановиться в Форт-Пирсе. – Внезапно в его мозгу возникла некая мысль. – А у вас, девушки, что, нет при себе никаких вещей?

Герда ответила:

– Нет.

Наступило долгое молчание, потом Денни сочувственно произнес:

– Выходит, для вас наступили плохие времена.

Он ощущал неловкость. Многие очень богатые люди испытывают такую неловкость, когда сталкиваются с настоящей нищетой. Он начинал сожалеть, что взял их в попутчицы. Он опасался, что они еще доставят ему чертовские неприятности, прежде чем он с ними расстанется.

Герда процедила сквозь зубы:

– О, мы уже попадали в такие передряги. Ничего, управимся.

На ветровом стекле обозначился мелкий дождик, и словно захлопнулись небесные ставни – такая вдруг опустилась тьма.

Дорогу освещали два ярких конуса от фар, выхватывая из темноты виноградные лозы и лимонные деревья.

К мягкому рокоту двигателя «линкольна» прибавились завывания ветра и громыхание где-то вдали морских валов, разбивающихся в пену на пляжах.

Яркая изломанная молния прочертила небо, и первый раскат грома заставил всех вздрогнуть. Дождь полил всерьез. Денни включил «дворники». Он вел машину медленно, так как теперь плохо различал дорогу сквозь залитое ветровое стекло.

– Надеюсь, что хуже не будет, – сказал он.

– О, будет еще хуже, – поежилась Стелла. – Это лишь начало. Ветер еще не разгулялся по-настоящему.

Только она это произнесла, как ветер внезапно усилился и завывание сменилось оглушительным свистом. Денни почувствовал, что машина задрожала и вот-вот остановится. Он дал газ, и стрелка спидометра подползла к двадцати милям в час.