"Не хотел бы я, чтобы этот подонок сел мне на хвост", - подумал Баннинг.

- Возможно, - повторил Девон. - Но не приходило ли тебе в голову, что стюард, какой-нибудь помощник... кто угодно... может оказаться здесь в эту самую минуту?

- Тогда в моей каюте. Там поговорим подробнее.

- Но для тебя все это будет дьявольски сложно, - сказал Девон. Разве этот мир подходит для сокрытия тайн? Или пленников, если ты об этом думаешь? Мы здесь, за Марсом, и еще через две недели, не меньше, сможем достичь Юпитера. На борту не меньше пятнадцати человек: пассажиры, команда - не так уж много для такого большого корабля, как "Повелитель Грома", но достаточно, чтобы тщательно обыскать все, если кто-нибудь исчезнет. И вышвырнуть меня за какой-нибудь из воздушных замков тебе тоже не удастся, ты же знаешь. Тебе пришлось бы для этого просить ключи у офицера. И запереть просто так ты меня не можешь: обязательно начнутся расспросы, почему я не прошу еду... Уверяю тебя, если ты сам не успел этого заметить, мой аппетит дает о себе знать. Так что, дорогой приятель...

- Обсудим это позже, - отрезал Андреев. - А теперь быстро иди в мою каюту. Я пойду за тобой. Если это будет необходимо, я выстрелю и сам затащу тебя туда.

"Девон выигрывал время, - подумал Баннинг. - Если бы этот диалог продолжался подольше, кто-нибудь мог бы появиться в коридоре. Собственно, сынок, он уже и появился".

Капитан сунул руку в карман, где лежал набор монет. Не то чтобы они могли пригодиться на Ганимеде, но ему не хотелось появляться на территории Союза, не имея даже на пиво. Он выбрал несколько монет подходящих размеров и зажал их в кулаке, так что края выступали наружу. Это был очень старый прием. Потом с быстрой осторожностью охотника - эту роль ему время от времени приходилось играть среди прочего - он соскользнул с лестницы. Андреев как раз повернулся к ней спиной, конвоируя Девона к каюте номер пять. Утяжеленный кулак Питера Баннинга опустился на основание его черепа.