- Инцидент мог произойти и после десяти, - пожал плечами следователь. Маши-ну нашли уже под утро, когда наступила смерть - не совсем ясно.

- Если я скажу вам, что не убивал Огаркова, вы мне не поверите? Если скажу, что не встречался с ним, а отпечатки пальцев появились в машине, когда я помо-гал его жене завести автомобиль?

- Если она это подтвердит, то поверю, - ответил Лукьянов.

При очной ставке Бочарова с Еленой она обиженно поджала пухлые губ-ки.

- Этот негодяй еще и не то расскажет. Стала бы я просить у него помощи. Он и Боре все время угрожал. Преследовал меня. Я даже диктофон с собой носить стала.

Вдова Огаркова достала портативный диктофон, включила его, и присут-ствующие услышали голос Игоря:

- Еще чего... Пусть твой Огарков меня боится.

Голос, правда, звучал легкомысленно, без особой угрозы.

- Это я еще не все смогла записать! - трагически воскликнула Елена.

- Но ведь Борис везде ездил на "Мерседесе"! - попытался оправдаться Игорь.

- Хорошо ты его привычки изучил! - обличающе воскликнула Елена. Навер-ное, заранее убить планировал! Но не все учел. Вечером он часто брал "Фолькс-ваген", чтобы не светиться.

Игорь уронил голову на руки.

***

На следующий день Игорь попросил встречи со следователем. Пришел, к его удовольствию, Дроздов, а не Лукьянов. С молодым милиционером Бочарову было почему-то приятнее иметь дело - тот, хоть и не был слишком вежлив, пы-тался вникнуть в дело глубже.

- Мне не было никакого резона его убивать, - сообщил Игорь.

- Понимаю, - ответил Дроздов. - Поэтому следствие и предлагает признаться во всем и делать акцент на то, что убийство произошло в состоянии аффекта и было непредумышленным. Вы ведь не из настоящего пистолета в него стреляли. И вам так будет лучше, и нам. Впрочем, это вы обсудите с адвокатом.

- Выигрывает от этого убийства только Елена. Все остается ей.