Откуда такое, товарищ подполковник? И как ее сбивать, если что? - Ты, майор, летчик, тебе и виднее. Я думаю, если ее пушки не берут, поднимай свою эскадрилью, будем эту заразу сажать. Не пойдет же она, в самом деле, на таран? - Опасно, товарищ подполковник, - сжимая кулаки, пробормотал Гореленко. - Опасно. А ну как пойдет? - Значит, будете таранить, - жестко сказал Гочишвили. - Не в бирюльки играем, майор. Скажете своим асам - любой ценой. Любой, слышите! И не забывайте, я тоже лечу, чтобы потом не говорили, как особый отдел за спинами героев отсиживался. - Тараним, - зло буркнул майор. - Хер с ним. А если он не таранится? Раскидает и дальше полетит? - А тогда нам все равно будет, - заверил его подполковник. - И мне, и вам, и вон даже Михал Михалычу.

Когда Дурнов проснулся и вылез из землянки, было совсем темно. Гочишвили курил у выхода и обрадовался, заметив физика: - Михал Михалыч, доброе утро! Сейчас полетим. Раньше летали на самолете? - Не доводилось, - признался Дурнов. - Вот сегодня и начнете. Ваша задача - следить за этой штукой, смотреть, как и что она делает, сопоставлять, анализировать. Я поговорил с Гореленко, вы будете как бы наблюдатель. Остальные самолеты попробуют посадить эту миску на нашей территории либо уничтожат ее. Вы туда соваться не будете, так что не бойтесь. - Да я и не боюсь, - улыбнулся Дурнов. - Интересно. Знаете, снова почувствовать себя ученым... Конечно, лучше бы пригласить настоящих специалистов... - Были специалисты. Под Воронежем лежат, - сухо сказал Гочишвили. Ладно, давайте по машинам, ждут нас. Гореленко был взбешен и еле держался. Он буквально втолкнул Дурнова в тесную кабину и рявкнул: - Будете за стрелка. Умеете? - Умею. Ручной и станковый знаю... - Тогда еще ничего. Прикроете в случае беды, если фриц появится или эта сучка начнет коники выкидывать... Вы кто по званию, если это не военная тайна? А то не могу я так вот с человеком, когда он за спиной...

- Красноармеец Дурнов.