Пилота в открытой задней кабине аэроплана чуть было не хватил инфаркт, когда кто-то сзади похлопал его по плечу. Он вздрогнул, завертел головой, и когда заметил около себя рискованно припавшего к фюзеляжу смеявшегося над ним Дэвида Рэнда, то потерял контроль над собой. На мгновение. Но этого было достаточно для того, чтобы машину занесло и аэроплан начал падать.

Заливаясь от смеха, Дэвид Рэнд спрыгнул с фюзеляжа и расправил крылья, чтобы подняться ввысь. Пилот очнулся, и, к счастью, ему хватило присутствия духа, чтобы выровнять самолет, и вскоре Дэвид увидел, что металлическая стрекоза неуверенно разворачивается назад, к материку. Для одного дня его команда пережила слишком много.

Но увеличивающееся число подобных пытливых визитеров соответственно возбуждали в Дэвиде Рэнде все большее любопытство, касающееся всего остального мира. С каждым днем его все больше и больше интересовало, что же находится там, вдали, за голубой водой в виде низкой, неясной полоски земли. Дэвид не мог понять, почему доктор Джон запрещал ему летать туда, когда он прекрасно знал, что его крылья могут покрыть расстояние в тысячи раз большее.

Доктор Харриман говорил ему:

— Дэвид, скоро я отвезу тебя туда. Но ты должен подождать до тех пор, пока осознаешь одну единственную мысль, а именно: ты не сможешь приспособиться к остальному миру. Во всяком случае тебе еще рано в большой мир.

— Но почему? — озадаченно спрашивал Дэвид.

И доктор объяснял ему:

— Пойми, только у тебя есть крылья, больше ни у кого в этом мире их нет. И это может очень сильно осложнить твою жизнь.

— Но почему?

Харриман задумчиво гладил худощавый подбородок и говорил:

— Ты был сенсацией, так сказать, аномальным явлением, Дэвид. Люди интересовались тобой из-за того, что ты не похож на них. Но по этой же причине они будут смотреть на тебя сверху вниз. Только для того, чтобы избежать этого, я привез и вырастил тебя здесь. Тебе надо еще немного подождать, прежде чем ты увидишь мир.