Конец апреля – хорошее время. Солнце пригревает, заставляет нежиться после долгого периода колючих зимних холодов и промозглой мартовской сырости. Но, слава богу, нет той удушающей летней жары, когда проклинаешь все на свете и единственное желание – забиться в тенек, пить воду и потеть. Все оживает: ветви деревьев покрываются молодыми зелеными листиками, повсюду свежая трава и цветы. В воздухе тысячи ароматов, что распирают грудь, заставляют биться сердце сильней и чаще. И ночи… такие волшебные, наполненные городским гулом и суматохой. Но вместе с тем спокойные и свежие. Казалось бы – что еще нужно для счастья? Кровь бурлит, голова кружится, а губы сами собой растягиваются в улыбке… И если бы не «штиль», смог радоваться.

– Сашка! Ты почему такой грустный? – воскликнули рядом.

Усилием воли я сложил губы в заученную улыбку и пожал плечами. Перед глазами возникло лицо Сереги. Приятель скалил зубы в добродушной улыбке. По заросшим трехдневной щетиной щекам разлился характерный румянец. Сколько же он выпил? Я пытался следить, но сбился со счета на четвертой бутылке.

– Задумался, – пробормотал смущенно и осознал, что который час сижу на скамейке в необычном ступоре. Давно стемнело и зажглись фонари, над головой звездное небо. Здесь хорошее место, тихое и спокойное. Слышен шелест молодых листочков и смех молодежи, что облюбовала соседние лавочки.

В Славгороде полно укромных закоулков, тенистых аллеек и небольших парков. Но, несмотря на обилие мест отдыха, люблю проводить время здесь. Тут нет шума транспорта, громкой музыки и толп гуляющих. За пустырем, засаженным молодыми деревцами и кустарником, несколько четырнадцатиэтажек, пара элитных домов местных богатеев. Но далеко, да и район спокойный. Можно встретить молодых мам, катающих коляски, да вот такие редкие компании как наша.

– Философ, – укорил Сергей. – Так нельзя. Вся жизнь мимо пройдет.

Друг засмеялся, добродушно потрепал меня по голове и игриво обнял за талию красавицу Олю. Девушка изобразила возмущение, но тут же оттаяла, чмокнула Серегу в колючую щеку.