Сына дома не оказалось. Я запросил ужин на одну персону и решил, что раз так, то я сам стану бездельничать, шалопайничать и прожигать жизнь всеми доступными способами.

Кончилось все тем, что я тайком от самого себя забрался в свой кабинет и приступил к разработке версий вкупе с разработкой дальнейшего плана расследования.

Шеф у меня, конечно, молодец. Легкий инструктаж с вручением полномочий и очередной папки, необременительный обмен мнениями с торжественным задиранием пальца вверх. Указание на ответственность миссии... Чего же добивался шеф. Ясно как божий день, что он добивался свежести впечатлений он всегда этого добивается. Хватает за шкирку на Луне и бросает куда-нибудь в пустыню Сахару на расследование какой-нибудь таинственной пропажи трех ящиков с пивом. А пиво-то непростое! А жара-то, жара!.. И все это с благими намерениями. Чтобы у следователя был совершенно непредвзятый взгляд на происшествие.

Итак, что же мы имеем на сегодняшний день? Первое: административная комиссия заподозрила криминал, но не сочла возможным явно на него указать. Значит, у нее были сомнения... Через Исполнительный Комитет вся эта бумажная симфония вернулась обратно, но теперь Управление не имеет возможности замять дело. Оно на контроле. Ясно. Второе. Кто-то - лицо влиятельное, или лица, здесь у нас, или может еще где-то, заинтересованы спустить все на тормозах. Пытаются оказать на Главного давление. Главный - не дурак. Он не хочет идти на прямую конфронтацию, но и идти на поводу он тоже не хочет. Он блюдет общественный интерес - раз, и свое реноме - два. Он намекает шефу, а шеф тоже не дурак. Шеф все понимает. А что он понимает? Что нужно пустить какого въедливого и пронырливого мужичка, снабдив его минимумом информации. И пусть копает... Откопает - честь ему и слава. Нет - мы сделали все, что в наших силах. А тут как раз - вот он я!

Эти рассуждения носили не очень серьезный характер. Но рациональное зерно в них, несомненно, было.