— Скотч с содовой, — сказала она. — И надеюсь, что мне не придется заниматься хирургией после такой анестезии!

Я смешал ей напиток и пододвинул через стойку стакан.

— Ты знаешь Маризу? — спросил я.

Она кивнула:

— Мы встречались. И я считаю, что ее папаша сам не понимает своего счастья. Ему бы радоваться, что он от нее избавился.

— Ты ее не любишь? — проявляя догадливость, спросил я.

— Она жуткая оторва. — Бонни со вкусом потягивала свой скотч. — Охотница до мужиков, но еще больше ей нравится манипулировать ими. Ты, похоже, неплохой парень, Холман, хоть и не умеешь драться. Мой тебе совет — пойди к ее папаше и скажи, что ты ее не нашел.

— Ее папаша не желает, чтобы она снималась в порно.

Но еще больше он опасается, что это ей не нравится.

— Как это?

— Папаша думает, что кто-то заставляет ее заниматься этим, — пояснил я.

— Никому еще не удавалось заставить Маризу сниматься, если у нее нет настроения, — коротко рассмеялась Бонни. — Мариза — это гремучая смесь: ведьма и сучка в одном флаконе!

— И давно вы с ней раздружились? — спросил я.

Углы ее рта дрогнули в усмешке.

— Мне светило самой стать порнозвездой, когда вдруг появилась она. Один лишь взгляд на нее — и Билл Вилсон отправил меня присматривать за своей лавочкой.

— Ты имеешь в виду, что Вилсон делает порнофильмы?

— Делают его деньги, — пояснила она. — Он нанимает профессиональных продюсеров вроде Дэнни Бриджса.

Они снимают, а Билл их финансирует и получает прибыль.

— А кем тебе приходится этот Вилсон?

— Ну, выражаясь по-старинному, я была его любовницей, — ответила она. — А это такое положение, когда от тебя требуют много, но задаром. Причем секса как раз кот наплакал, а в основном подай-принеси. Но в награду он обещал мне, что я буду сниматься на камеру и за это мне будут хорошо платить. Но тут появилась Мариза, и моя кинокарьера закончилась, так и не начавшись.