Женщина резко повернулась к нему лицом. После долгой паузы тихо-тихо проговорила:

- Значит, счет уже перевалил за сотню миллионов. Пяток циклов всего... Такими темпами скоро нас станет так много, что свободной территории не останется, и начнется передел мира.

- Маркграф умный, - сказал Тим. - Он уже сейчас, заранее создает правильный имидж, ч-черт. Он еще станет императором каким-нибудь. Рано или поздно.

- А то я не понимаю? Потому я с ним. Знаешь, какой у него номер? Трехзначный! Может, где-то и выжил кто-нибудь из первых тысяч, посаженных восемнадцать циклов назад. Но лично я никого из них не встречала. За все пять циклов, что я здесь. В этих широтах еще сносно, уровень враждебности аборигенной среды не зашкаливает, а вот южнее настоящий ад. Меня посадочный модуль на экваторе оставил, уж я-то знаю! И севернее, говорят, не лучше. Оттуда мало кто сюда выбрался. Слыхал выражение: "Истинный гуманизм - это когда сразу к стенке и сгусток плазмы в лоб"? Маркграф как-то рассказывал, что первой это сказанула циклов семнадцать назад одна девчонка из "четырехзначных". Когда ее приговорили и скинули, ей было восемнадцать. Когда она вырывалась из Заполярья, превратилась в столетнюю старуху.

- Ч-черт, пожизненное в восемнадцать?

- Ага. За супружескую измену. В ее родном мирке для женщин это страшнейшее преступление. Хуже преднамеренного убийства первой степени,

- Во дают люди!

- Она была не человек, В смысле, не наша. То ли с Завигг Рулла, то ли с Далжа. Маркграф не уточнял.

- Ч-черт, черномазых далжиан нам еще тут не хватает!

- Ты лучше радуйся, что природные условия Харрба годятся только близкородственным нам биовидам. Не хватало нам еще за землю сражаться с какими-нибудь сороконожками! А прикинь перспективочку: миллиард-другой крысоидных шиарейцев накидают вдруг? Вполне могут. Вот тогда-то и начнется настоящее веселье...