И в этот самый момент из дворов, с той стороны, куда умчались волговские ребята, отчетливо раздался выстрел.

— Ни фига себе! — прокомментировал парень со здоровенным черным терьером. — Они уже стреляют.

— Кто они? — автоматически спросил Тимофей.

— Менты, — ответил парень. — Они же за этими уродами побежали. Вы разве не видели?

— Нет, — сказал Тимофей.

— А думаете, поймают? — спросила Маринка.

Она уже стояла рядом, нервно вцепившись в голую руку Редькина.

— Думаю, да, — ответил парень со знанием дела.

Черный терьер смотрел на чету Редькиных из-под косматых бровей и явно соглашался с хозяином.

Тимофей не знал, о чем говорить дальше. Он даже не знал, что вообще надлежит делать в подобной ситуации. Просто затравленно озирался по сторонам и ждал.

— Это ваша машина? — участливо спросил парень в очках.

Вопрос был дурацкий. После того, как Редькин у него на глазах отключал сигнализацию и открывал дверцу собственным ключом, можно было спросить о чем-нибудь поумнее. Но на иронию не осталось сил, и Тимофей просто ответил:

— Да.

А Маринка добавила зачем-то, словно хвастаясь:

— И не только «Нива», но и «Москвич».

— Сильно, — оценил парень и полюбопытствовал: — А «фольксваген»?

Вот тут уже чувство юмора возобладало в Редькине над бесполезным унынием и он сообщил с предельной серьезностью:

— Ага. И «Волга» тоже наша.

Парень открыл было рот, но потом коротко хохотнул и отвязался.

«Сколько же это все будет стоить? — неотвязно крутилось теперь в голове у Тимофея. — Сколько деньжищ уйдет!»

Собственно, это было единственной нормальной мыслью, посетившей его голову после страшного удара в ночи. В первые секунды мыслей вообще не возникало — одно отчаяние да иррациональный страх. Ситуация складывалась слишком уж непривычная, а к тому же события продолжали развиваться бурно и совершенно непредсказуемо.