— Не путайте нас с уфологами, — усмехнулся Рыбкин. — Ксенология — учение о чужом разуме, серьезная дисциплина со своим математическим и экспериментальным обеспечением.

— Которого вдруг стало мало, — подхватил Васильев, — и понадобились наши радары. Но единственное достояние чужих цивилизаций, за которым есть смысл охотиться, — это информация. Нужны не локаторы, а радиотелескопы. И вы их строите — все больше и лучше. На Земле, на Луне, теперь в космосе. Разве это не так?

— Кажется, они не понадобятся. Мы искали сигналы от сверхцивилизаций, находящихся чрезвычайно далеко. Похоже, мы не там искали. Весьма вероятно, что сверхцивилизаций просто нет. «Молчание Вселенной» — вам знаком этот термин?

— Читал. Если есть цивилизации, должны быть сигналы. Нет? Значит, сверхцивилизации отсутствуют. Вывод ясен, но основание ненадежно. Через одну экспериментальную точку можно провести сколько угодно прямых.

— Есть и другие точки, — объяснил Рыбкин. — Наблюдаемая частота мутаций не может объяснить темпы эволюции. Следовательно, иногда количество мутаций скачком увеличивается.

— Тоже читал, — кивнул Васильев. — Раз в миллионы лет вблизи от нас взрывается Сверхновая звезда. В результате появляется разум. Или динозавры. Или они вымирают, не помню точно. Вы об этом?

— Да. Но есть два вида излучения Сверхновой. Во-первых, жесткое электромагнитное излучение. Это кратковременный, но мощный мутагенный фактор, действующий на расстояниях вплоть до десятков парсеков от места взрыва. Он вызывает в биосферах мутации, которые могут привести к появлению динозавров. Или к возникновению разума.

— А во-вторых?

— Второй тип излучения — космические лучи. Радиоактивная оболочка вспыхнувшей заезды разлетается гораздо медленнее. Это излучение отстает от электромагнитного и достигает уже облученных первой волной планет только через многие тысячи лет. Вот вам вторая мутагенная волна. На сотни веков планеты погружаются в радиоактивную туманность.