- Почти решил. Она чуть шевельнула губами.

- Так мы не договаривались. - Кандида, в бизнесе присутствует ещё один нюанс. До сих пор нам удавалось понимать друг друга, не испытывая нужды в пространных объяснениях. Я не хочу нарушать правила игры, но желал бы это высказать. Я отнюдь не считаю себя самым преданным служащим фирмы "Э.Дж.Деспард", и я надеюсь, вы дадите мне знать, если вдруг окажетесь в затруднительном положении, и я смогу вам чем-нибудь помочь?

Она коснулась его лица.

- Вы и вправду очень милый, Уолтер, но сейчас, мне кажется, я вас не понимаю.

- Это не все, - медленно проговорил Лэнгорн. - Возможно, я предвзято изобразил вам нашего выдающегося президента. Холлэм никогда реально не допускал меня в фирме к делам вне своей компетенции, но я давным-давно понял, что недооценивать его нельзя. Я сказал ему, что обдумываю предложение, которое мне сделали наши конкуренты...

- Когда? - перебила она.

- Вчера. Если бы я его не знал столь хорошо, то подумал бы, что он занервничал. Мы с ним - два противоположных полюса по любым решениям, целям, способам. То есть я мог ожидать, что он придет в восторг оттого, что может от меня избавиться. Однако вышло наоборот. Я не дал окончательного согласия на то, чтобы остаться, но если все же соглашусь, то мне положат на десять тысяч долларов в год больше, а также предоставят полную самостоятельность, прирост в финансировании по дизайну, право накладывать вето на обширный ряд вопросов, каждые полтора года не меньше шести месяцев в Европе...

- Уолтер, это просто потрясающе!

- Согласен. Но если я все эти годы не заблуждался относительно Форбса Холлэма, то за всем этим что-то кроется, нутром чую. Он явно хочет сохранить меня в игре. Для чего?

Лэнгорн повернул стакан, и в стекле ярко блеснул солнечный луч.

- Что меня ещё занимает, и даже очень - так это известно ли ему о наших с вами встречах.

- Разве это так ужасно?

- Конечно, нет, дорогая. До тех пор, пока по какой-нибудь чистой случайности он не сопоставит эти встречи с неприятностями, которые постигли нас с новой, не поддающейся шелушению краской, известной в нашем отделе рекламы как Т-239.