Все это вихрем пронеслось у него в голове - все эти глупые, несущественные детали... за какие-то несколько секунд, пока не рухнула стена удивленного молчания и неподвижности.

Она пришла в себя раньше, чем он, и заговорила первой.

Она бросилась к нему, словно репетировала это движение целый месяц.

- Слава Богу! Слава Богу! Я не знаю, кто вы и почему вы здесь... Но во всяком случае, вы - человек. Мне начинало казаться, будто я больше никогда в жизни не увижу человеческого лица!..

И она разрыдалась. Авери сам не понял, как это произошло. Но уже через секунду он нежно обнимал женщину за плечи, а она крепко прижималась к его груди.

Все было настолько невероятно, что очень походило на сон.

- Все в порядке, - услышал он свой собственный голос. - Все в порядке... - а затем, как последний идиот: - Мы же еще живы...

- Черт! - женщина, наконец, оторвалась от его груди, - я испорчу мой грим. Кстати, как тебя зовут?

- Ричард Авери. А тебя?

- Ты что, никогда не смотришь телевизор? - и она криво усмехнулась. Какая глупость. Здесь, разумеется, нет телевизора.

И туг Авери осенило.

- Порой, - сказал он, - я просиживал перед телевизором все свободное время. Единственная передача, которую я упорно избегал - тот бесконечный сериал о больнице. Ты, разумеется, Барбара Майлз.

- Собственной персоной, - кивнула она.

- Совсем не обязательно, - улыбнулся Авери. - У меня есть теория, согласно которой все это мне только снится.

- Значит, кошмар взаимен, - отвечала она. - Но ради всего святого, что все это значит?

- Понятия не имею. Ты, случайно, не знаешь, как мы сюда попался?