На этом их диалог прервался. Авери сидел и смотрел на часы. Две минуты ничего не происходило. А потом он услышал щелчок и, повернувшись, увидел, как открылась прямоугольная панель в стене. Авери подошел поближе. Перед ним на пластмассовом подносе стояли тарелочка куриного салата, аппетитно украшенного свежими листьями зеленого салата, петрушки и кусочками помидора, и миниатюрная бутылочка трехзвездного "Мартеля". А еще - кофейник, полный ароматного кофе, крохотный кувшинчик сливок, вазочка с сахарным песком, кофейная чашка с блюдцем и стаканчик для бренди. Ну и, конечно, ложка, вилка и нож.

Взяв поднос, Авери отнес его на стол. Ниша в стене оставалась открытой.

Повинуясь внезапному порыву, Авери быстро подошел к печатной машинке, которая не была печатной машинкой, и набрал новое сообщение.

- Вы забыли хлеб с маслом.

- Уточните: сколько кусков хлеба?

- Один... Белый. Тонкий.

Отверстие в стене закрылось. Десять секунд спустя оно вновь открылось.

В нише на маленькой тарелочке лежал кубик масла и хлеб. Один кусок. Белый. Тонкий.

Авери сел за стол и принялся за еду. Салат оказался восхитительным, цыпленок - нежным и необыкновенно вкусным. Авери решил, что смерть от истощения ему не грозит.

За едой он пытался спокойно обдумать положение, в которое попал. Но почему-то он никак не мог сосредоточиться. Его голова просто-напросто не желала думать. Она прозрачно намекала: хватит неожиданностей. Пошли они к черту! Все рано или поздно разрешится само собой.

Вот только разрешится ли? Он попал в положение, которое ни с какой точки зрения нельзя было назвать нормальным. Только что, как ему казалось, он гулял в парке Кенсингтона, а в следующий миг уже проснулся, где? В супер-современном сумасшедшем доме? Или в тайном убежище рехнувшегося миллионера?..