Он весь внутри шарахнулся от этой мысли, но тут же забыл обо всем, потому что человек – офицер – всем корпусом развернулся к нему и, с трудом выталкивая из себя звуки, сказал:

– Ххо… тхы? Студенх?

Через секунду Глеб понял его.

– Я школьник. Я из школы Джессапп, знаете?

Показалось, что офицер кивнул утвердительно. А может быть, просто сглотнул.

– Майхик, бехи… кх кхоменданту порта… кхмм! Пехедай: мяхешш на «Дефенхехе»… кхмм!.. Кхоманхихх убит, офихэххы под ареххом. Вохх, дерхы… – он вынул из кармана и вложил Глебу в руку мокрый кожаный бумажник. – Там мой хэтон…

– Что там?

– Хэтон… аа, ххехт…

– Я вас не оставлю, – сказал Глеб. – Вам нужен врач.

– Вхемени нех, – почти спокойно сказал офицер. – Бехи.

– Вам не подняться одному. Там очень круто и не за что держаться.

– Не спохь, – сказал офицер. – Дотехпью. Увихехх хонсхебъя – скхажешь ему. Вхе, бехи. Помнихь, ххто скахать?

– Мятеж на «Дефендере». Командир убит. Кто вы?

– Хоххэтах Стэбхоххт.

– Лорд Стэблфорд?

Офицер кивнул.

– Я понял вас, милорд. Я все передам. Но, может быть, все-таки?..

– Нех.

Несколько раз оглянувшись, Глеб добрался до лестницы – и понял, что зря пытался настоять на своем. Даже в одиночку – было трудно. Три десятка футов скользких от песка и неустойчивых руин. Как он умудрился спуститься здесь?..

Он перелез через решеточку, запиравшую лестницу, и под неодобрительным взглядом какой-то няни с коляской бросился бежать по бульвару. Комендатура порта – в той стороне… Проклятье: ни одного полицейского, лишь няни с колясками, да пожилые джентльмены, да мальчишки с газетами… Наконец в боковой аллее мелькнул белый пробковый шлем.

– Констебль!..

Долгие минуты на объяснения. Зато потом – трель свистков, и конные, и фаэтон: «Гониии!..» – и кучер испуганно озирается на усатого констебля со свирепыми фарфоровыми глазами, и клены по сторонам.