Черная туша напряглась и неуверенно зашевелилась.

- О, простите. Боюсь, что я ухожу. Может, кто-нибудь другой...

Черная гора студенистого мяса вздулась, округлилась и быстро покатилась к озеру. Они услышали новый голос.

- Гругз быстро остывает, - произнес он. - Видимо, я не смогу здесь долго оставаться. Конечно, я был бы рад, но...

Голос стал затихать по мере того, как еще одно создание лениво отползало прочь от расщелины.

- Слушай, кто из нас спятил - они или мы? - спросил Блейк. - Должно быть, все-таки мы.

- Не знаю, - безнадежно ответил Пентон. - Они все ушли. Может, попытаемся пробраться к кораблю?

Он осторожно переполз через застывшую мертвую тушу. Вокруг собралось около двух тысяч громадных существ. Большинство из них деловито возилось на голубоватом песке, окаймлявшем водоем. Их затупленные цилиндры открылись с одного конца, и знакомые двухфутовые трубы глубоко погрузились в озеро, с хлюпаньем и чмоканьем втягивая ледяную жидкость.

С другого конца каждый цилиндр тоже раскрылся. Под внешней защитной оболочкой показалось большое темное углубление; дюжина клейких щупалец, заканчивающихся широкими лопатообразными утолщениями, деловито совала туда рассыпчатый твердый кислород.

- Может быть, мы вовсе и не сошли с ума, - задумчиво сказал Пентон. Ведь я действительно все это вижу, и это столь же невероятно, как безмозглая туша, которая за пять минут способна выучить английский язык. Смотри, оно заталкивает в одно отверстие твердый кислород, в другое заливает жидкий водород. Они совершенно не умеют вести себя за столом. Если не считать тех, кто предается чревоугодию или устроил кучу малу возле нашего корабля, вся банда лежит себе и загорает на этом ультраразреженном солнышке. Впрочем, они держатся поближе к кораблю.