Лампы медленно гасли, пассажиры погрузились в темноту. В тот же миг стекло стало прозрачным и в глаза людям хлынул ослепительный звездный свет. Как будто отворилась дверь темницы, в которой все они жили с рождения. Все моментально забыли и про стекло иллюминатора, и про сам корабль — казалось, они висят прямо в темной пустоте посреди роя звезд. Это действительно было почти невыносимо и многие из пассажиров немедленно воспользовались дыхательными масками, чтобы оправиться от пережитого потрясения.

На Курта это зрелище тоже произвело впечатление, и он сам не мог сказать, было ли это впечатление приятным или нет. В одном он не сомневался — однажды он уже видел нечто подобное. Но когда и как? Зимней ночью на Земле? Через иллюминатор какого-то другого космического корабля? Через стекло скафандра? Несколько секунд ему казалось, что он вот-вот ухватит воспоминание за хвост и мгновенно все станет ясным — почему он решил принять участие в этой поездке, как оказался на борту, почему сложилась такая нелепая ситуация. Однако воспоминание растаяло, и он мог лишь скрежетать зубами от разочарования.

Амадея относилась к тем немногим, кто смог выдержать созерцание беспредельного звездного неба, не прибегая к успокаивающему газу. Однако и она была потрясена.

— Все так чудесно, так ясно, так светло… — шептала она. — Капитан был прав, здесь чувствуешь такую свободу, ощущаешь себя частью великого целого… И все же это… так трудно подобрать слова… это так подавляет. Но вы молчите? Вы спокойны? Этот свет, разве он не касается вашей души? Хотя что я говорю? Для вас это нечто обычное, обыденное, повседневное…

Она ошибалась. Курт молчал, потому что не мог оторвать глаз от открывшейся ему картины. Внезапно он подумал, что космос — это подмостки, на которых разыгрывается величайшая драма. Странная мысль! Ведь космос — не театр, не шоу, это нечто большее, гораздо большее…