Соседкой Курта оказалась женщина лет тридцати-тридцати пяти, ее кожа была темна от загара, волосы выкрашены в красно-рыжий цвет. Она, как и прочие дамы в помещении, была одета в ярко-розовый костюм-кимоно, точно так же, как и мужские костюмы, больше всего напоминавший пижаму.

Когда Курт уселся на свое место, она тут же протянула ему руку:

— Здравствуйте, я Амадея. Компьютер решил, что мы с вами будем партнерами во время этого путешествия. Я много о вас слышала.

Курт, все еще несколько растерянный, помог ей достать тарелки и фляжки из ниши. За другими столиками тоже раздался характерный треск разрываемых оберток — пассажиры приступили к трапезе.

Только теперь Курт обратил внимание, что комната медленно вращается вокруг центральной оси: головы пассажиров отклонялись к центру, ноги — к периферии.

Амадея заметила его удивление:

— Не забывайте, что мы летим в пустоте. Только подумайте: между нами и вакуумом тончайший слой металла. Это так возбуждает, не правда ли? Можно было бы сделать пол прозрачным, но это нарушило бы правила. И все же одна мысль об этом… Я с нетерпением жду посещения Бельведера. Увидеть звезды не только над головой, но и под ногами — это… это… Впрочем, зачем я вам все это рассказываю?! Вы все знаете лучше меня.

Курт мрачно созерцал пол. Похоже, она знала больше, чем он сам. Неприятное открытие. Потом он снова поднял глаза на даму и заметил, что ее красные волосы слегка светятся. Флуоресцентная краска? Впрочем, ей это шло. Открытое, полное жизни лицо, полные губы, широкий нос. Не красавица, но в качестве спутницы в поездке, пожалуй…

— Я модельер, и в последнее время мне пришлось переживать сильные стрессы. Работа, личная жизнь, знаете ли… Я с таким нетерпением ждала этого путешествия. Порой мне даже не верится, что я не сплю. Сатурн, Юпитер, Плутон! Впрочем, вам это, вероятно, кажется такой мелочью…



6 из 143