Сопровождающий склонился над лежащими людьми:
- Видите, господин репортер, слух меня не подвел: это таки он, да еще с разрывными пулями усиленного останавливающего действия. Один Господь знает, где он это достал. Даже я и то видел такую штучку лишь на ее закрытой презентации.
Через несколько минут они поднялись на вершину. У края обрыва стояло человек шесть-семь. Один из них был ранен и держался за руку. На самом краю обрыва лежали какие-то предметы. Элмер поспешил к месту. Пробегая, он заметил, видимо, тот самый пистолет-пулемет. Он был брошен метрах в десяти от обрыва и, как успел заметить Элмер, действительно, был новинкой. Во всяком случае, он такого уж точно никогда не видел. Сопровождающий, следовавший за ним неотрывно, лишь на какое-то мгновение задержался, чтобы подобрать оружие, и через секунду уже стоял у Элмера за спиной, внимательно разглядывая все, что лежало на краю обрыва.
У всех без исключения присутствующих был такой вид, как будто совершенно никто ничего не понимал. Они в недоумении таращились на вещи, друг на друга и с изумлением заглядывали в глубину обрыва. На краю лежали брюки, пояс, пистолет с полувытащенной пустой обоймой и рваная куртка со следами крови. Сопровождающий растолкал стоявших и, глянув в обрыв, развернулся лицом к присутствующим.
- Результата никакого. Он что, спрыгнул, что ли? Кто видел? Чего молчите?
Один из стоявших развел руками:
- Шеф, мы сделали все, что могли. Я лично обойму выпустил ему в ноги. Нормальный человек уже бы без сознания лежал, а этот хоть бы что, захромал и прыгнул со скалы вниз.
Начальник выслушал своего подчиненного и, не думая ни секунды, выхватил бинокль.
- Всем бегом вниз, все прочесать, все, до последней ямки, до последнего куста. Он должен быть там, он обязан быть. Найдите мне его, быстрее!
Люди помчались вниз по склону, балансируя на ходу автоматами, и минут через десять-пятнадцать Элмер уже видел их ходящими между кустарниками внизу. Его сопровождающий не отрывался от бинокля. Казалось, он профильтровывает каждый сантиметр увиденного внизу. Левой рукой он взял рацию.