Фред Дэвис вышел на улицу, проклиная все на свете. В голове его метались несвязные обрывки мыслей. Чье тело обнаружил вертолетчик? Почему он сразу решил, что это женщина? Наверное, потому, что она была в платье. Бетти вышла из дома в платье, а Сэди? Фред попытался припомнить, в чем вчера была Сэди — в платье или джинсах, но вспомнить не смог. Мысли путались, слезы застилали ему глаза. Почему-то стало трудно дышать. Он попытался вдохнуть хотя бы глоток воздуха, но ничего не получилось. Липкий пот заливал ему глаза, лицо и холодными струйками скатывался за воротник рубашки. Фред хотел поднять левую руку, чтобы вытереть лицо и посмотреть на часы, но рука почему-то не слушалась. Он успел открыть дверцу своего автомобиля и мягко повалился боком на переднее сиденье.

Очнулся он у себя дома, в своей спальне и первое, что спросил, было:

— Нашли?..

Молодое женское лицо, обрамленное белым чепцом, склонившееся над ним, исчезло, и через минуту вместо него появилось серьезное лицо доктора Томпсона, самого известного городского врача, который по мере надобности становился для своих пациентов то гинекологом, то терапевтом, то психиатром. Одним словом, доктор Томпсон был домашним врачом многих именитых семей города. Кроме обширных медицинских познаний и умения хранить чужие тайны, он славился в городе великолепными, можно сказать, уникальными бакенбардами и абсолютным отсутствием чувства юмора. Сейчас он озабоченно пощупал пульс Фреда и сказал:

— Мистер Дэвис, у вас был серьезный сердечный приступ, не исключаю даже, что это микроинфаркт, который просто не отразился на ЭКГ. Если вы не будете соблюдать строгий постельный режим по меньшей мере сутки, то я допускаю возможность повторного тяжелого кардиоспазма, который скорее всего кончится обширным инфарктом. В вашем возрасте в подобных ситуациях такая последовательность событий очень вероятна.

— Доктор, — с трудом выдавил из себя Фред, — что с моей дочерью и женой?