"Растудыть твою дивизию налево, сколько ж их?"

По дороге гнали колонну с пленными. Пленных было, навскидку, сотни полторы, почти все были ранены. Конвоиров же с ними оказалось всего двадцать три человека.

"Ну, собаки, было б у меня патронов побольше, тут бы вы и легли…"

В это время один из пленных упал, и один из конвоиров, даже не останавливаясь, его застрелил.

"Суки!!! Что ж вы творите?! Ну…….. вам! Зубами рвать буду!" — взбеленился я от увиденной картины. И это вполне понятно — ведь одно дело читать о том, как это было, и совсем другое — увидеть самому.

Прошли пленные, и на дороге снова тишина наступила.

— Сань, — шёпотом позвал я, — надо валить отсюда, пока всё не окончилось для нас печально. А ну, как они ещё пленных погонят? Да с собаками. Учуют они нас тут, как пить дать. Да и ребят бы похоронить. Тем более, водила нас оружием снабдил. Так что давай пока тихо тела в лес затянем, похороним где-нибудь и в лагерь двинемся.

Глядя на колонну пленных, Саня только скрипнул зубами.

— Немцы, конечно, сволочи и гады…, но до чичей им, слава богу, далеко. Есть у парней шансы выжить. Сейчас тела наших в лесу похороним, и надо будет возвращаться.

— Да, не нохчи, конечно. И шанс есть… Если по дороге не перестреляют… Хотя… Может, еще драпанут где? Конвой не то чтоб уж очень большой, а их под полторы сотни. Ладно, вытягивай тела с дороги и, пожалуй, начни с водилы — там мороки больше, а я прикрою, — сказал я.

О-па, а это что за пепелац? Один едет, медленно. Такое впечатление, что седельный тягач, без хвоста, правда, да и седла не видно, и места под него толком нет.

Остановился возле трупа пленного. Из кабины вылезли двое.

— Валим их? — одними губами спросил я у Сани. — Ты пошурши слегка, пусть один к тебе пойдет. Заломать сможешь? А я второго подстрелю и к тебе на помощь…