Степан

До лагеря с грехом пополам добрались. Блин, только что не просеку оставили. А всё танк этот, будь он неладен. Чемодан без ручки, млять — нести тяжело, а бросить жалко.

Хотя боевая ценность двухбашенной пулемётной машины вызывает очень серьёзные сомнения.

К нашему почётному (и весьма громкому) прибытию лагерь был свёрнут, а немец находился в подвешенном состоянии. Не в том смысле, что его повесили, хотя, наверное, стоило, а в том, что судьбу его решить так и не смогли. Ну нет у нас терминаторов, которые глотки безоружным режут не напрягаясь. Привязать бы его, пусть посидит, а нечем. Не проводом же.

Змей

Мы с Тэнгу шли по лесу, точнее, шёл я, Тэнгу же носился по кустам, как бешеный электровеник. Ещё бы, прогулка никак не кончается, с поводка отпустили, и даже пойманную лягушку Старший оценил, признал съедобной, но отдал пёсику. Наверное, не голодный. Самолёты я услышал, но услышанному не придал значения, лес густой, меня не видно, пусть себе летают. Свою ошибку я осознал позднее, когда длинная очередь хлестнула по деревьям метрах в десяти впереди нас. "Мля, так и убить могут!" — подумал я. Потом что-то большое рухнуло неподалёку в лес, но взрыва не последовало. Я решил сходить посмотреть, вдруг чего интересное найду. Это был "мессер", отчётливо дохлый, крыльев нет, фонарь вдребезги. Пилот, однако, был на месте, совсем целый, только мёртвый. Это хорошо, что целый, легче шмонать будет. Минут через пять я сообразил, как расстегнуть ремни и вытащить немца из кабины.