И с этим возгласом она указала на меня. Майор отмахнулся от нее.

— Да хоть на секунду замолчите.

Он повернулся ко мне.

— Как дети, ей-богу, — сказал он. — Кстати, зачем существует предупреждение: прячьте спички от детей?

— Не знаю, — сказал я. — У меня нет детей.

— Да вы сами как дите, — сказал он. — И все-таки, зачем?

Я пожал голыми плечами. Мне показалось, что он хитрит, задавая такие вопросы.

— Представьте, что у вас есть дети. Ну?

— О господи, — пробормотал я. — Ну… чтобы не баловались…

Девица захохотала.

Майор посмотрел на меня многозначительно:

— И?…

— Чего-нибудь не спалили, — выпалил я с отчаянием.

— О черт, — сказал он.

И еще чего-то сказал, не постеснялся девицы, не буду повторять за ним. А он еще сказал:

— Чтоб себя, понимаете? Чтоб себя не спалили!

— А, — сказал я.

— Ну так, отдадите? — тут же спросил он.

— Чего это? — насторожился я, хотя уже понял всю его хитрость.

Он подмигнул мне. Что-то уж очень любят мне все подмигивать, будто я слов не понимаю. Но тут я понимал, что ему вовсе даже не до веселья, а даже наоборот. Может, ему хотелось в этот момент треснуть меня как следует. Здоровый такой.

— Не отдам я часы, — сказал я твердо.

Они с удивлением оба посмотрели на меня. А я иногда очень решительный бываю. И уж тогда напропалую. Даже вру, и без всяких угрызений совести.

— Потому что у меня их и нет вовсе.

— Ага, — майор весело потер руки. — А откуда же ты, откуда же вы знаете, что они вообще существуют? А?

Прямо перехитрил. Старая уловка. В кино видел.

— Да… — запнулся я. — Вы все какие-то, я не знаю… Ну вы все меня о них спрашиваете. Вот и знаю. А так — откуда?

Крыть им было печем. Но на всякий случай майор сказал, вставая из-за стола:

— Ох ты доиграешься.