Ричард внимательно оглядел лежавший внизу Эйдиндрил. Его интересовало расположение войск Имперского Ордена. Ему говорили, будто армия Ордена состоит из людей различных национальностей, но по доспехам он видел, что большинство солдат - д'харианцы.

Ричард перевязал собранные плащи завязками одного из них и положил сверток на землю.

- Что у вас с руками?

Госпожа Сандерхолт вытянула руки перед собой и повернула ладонями вверх.

Растрепанные бинты были заляпаны жиром, подливкой, маслом, измазаны пеплом и сажей.

- Мне вырывали ногти по одному, чтобы заставить дать показания против Матери-Исповедницы… против Кэлен.

- И вы дали?

Госпожа Сандерхолт отвела взгляд, и Ричард залился краской, сообразив, как прозвучал его вопрос.

- Простите, я не так выразился. Конечно, никто не вправе ожидать от вас, чтобы под пыткой вы отказались выполнить требования мучителей. Этим людям нет никакого дела до истины, а Кэлен все равно не поверила бы, что вы ее предали.

Дернув плечом, госпожа Сандерхолт опустила руки.

- Я ни за что не сказала бы того, что от меня хотели услышать. И она это поняла, как ты и предположил. Кэлен сама приказала мне свидетельствовать против нее, чтобы избавить меня от дальнейших мучений. И все же мне было едва ли не больнее произносить эту ложь.

- Я родился с даром, но пока не умею им пользоваться, иначе я обязательно постарался бы вылечить вас. Простите. - Ричард сочувственно поморщился. - Но я надеюсь, боль все же стихает?

- Пока Имперский Орден владеет Эйдиндрилом, боюсь, она становится только сильнее.

- Это с вами сделали д'харианцы?

- Нет. Кельтонский волшебник отдал приказ. Кэлен убила его, когда пыталась бежать. Однако действительно, большинство имперских солдат в Эйдиндриле из Д'Хары.

- А как они обращаются с жителями? Госпожа Сандерхолт зябко поежилась, как будто ей было холодно. Ричард хотел набросить ей на плечи свой плащ, но, подумав, помог ей поплотнее закутаться в шаль.