- И вы тоже видели Джегана? - Улиция поочередно оглядела сестер, и каждая кивнула в ответ. Слабая надежда затеплилась в ней. - Итак, вы видели императора. Само по себе это ничего не значит. Он говорил что-нибудь? наклонилась сестра Улиция к Тови.

Тови подтянула одеяло до самого подбородка.

- Мы были там, как всегда, когда нас призывает Владетель. Мы сидели полукругом, нагие, как обычно. Но пришел не Повелитель, а Джеган.

С койки Эрминии донесся негромкий всхлип.

- Тихо! - Улиция вновь повернулась к дрожащей всем телом Тови. - Но что он сказал? Какие именно слова произнес?

Тови опустила взгляд.

- Он сказал, что отныне наши души принадлежат ему. Он сказал, что мы теперь его собственность и живы лишь потому, что такова его воля. Он сказал, что мы должны немедленно явиться к. нему, иначе позавидуем сестре Лилиане. Она подняла голову и посмотрела прямо в глаза Улиции. - Он сказал, что мы пожалеем, если заставим его ждать. - На ресницах Тови блеснули слезы. - А потом он дал мне испытать ненадолго, всего на мгновение, что значит не угодить ему.

Улиция похолодела и вдруг осознала, что сама тянет на себя одеяло повыше.

Лишь большим усилием воли ей удалось заставить себя отбросить его.

- Эрминия?

Эрминия кивнула в знак того, что видела то же самое.

- Цецилия?

Снова кивок.

Улиция поглядела на двух сестер, сидящих на верхних койках напротив нее. К ним, судя по всему, уже вернулось самообладание.

- Ну? Вы тоже слышали эти же слова?

- Да, - сказала Никки.

- Все было именно так, - ровным тоном подтвердила Мерисса. - Клянусь, это из-за Лилианы.

- Возможно, Владетель был нами недоволен, - предположила Цецилия, - и отдал нас императору, чтобы мы служили ему, пока не вернем себе милость Владетеля.

Мерисса выпрямилась. Глаза ее были окном в ее сердце из черного льда.

- Я принесла Владетелю клятву верности. И если мы должны служить этому грубому животному ради того, чтобы вернуть милость нашего Повелителя, я это сделаю. Я буду лизать ему пятки, если потребуется.