Да, но почему же мне это кажется странным? Делаем вывод: я воспринимаю себя как человека, ведь мне прекрасно известно, как должен выглядеть человек, — следовательно, я и должен быть человеком. Однако я не человек, а… нечто иное. Посмотрим на другую руку — она точно такая же, как и первая. На третью… Что-что?! Так, пересчитаем руки. Одна, две, три, четыре, пять, шесть… У меня шесть рук! Да кто же я — насекомое?! Все совершенно одинаковые — тонкие, но необычайно прочные, сгибающиеся в двух местах, причем в любую сторону. На всех по семь продолговатых пальцев. В каждом пальце… а это еще что такое?! В каждом пальце скрыт коготь, который выпускается усилием воли! Да какие же длинные у меня когти — каждый размером с сам палец! А до чего острые — проводки, которые все еще торчат из меня, режутся ими как… как что-то, что очень хорошо режется. Как странно…

Далее… Так, кроме шести рук, у меня есть еще и ноги. К счастью, всего лишь две, и пальцев на них только по пять. Три спереди и два сзади, вместо пятки. Из них тоже торчат когти, но тут, наоборот, нужно прилагать усилия, чтобы их спрятать, в обычном состоянии они выступают наружу. Надо же, какие хорошие у меня руки: с когтями — страшное оружие, без когтей — очень удобный инструмент, с помощью которого можно сделать все что угодно. Гораздо удобней человеческих кистей, надо признать… А это покрытие на моем теле — оно везде? Да, везде; и грудь, и живот, и конечности — все покрыто этим странным серым веществом, которое у меня вместо кожи. А на спине? И на спине тоже. Даже крылья и хвост… Хм… Еще один сюрприз — у меня есть хвост. И крылья! Да кто же я такой — черт какой-нибудь?!

Хотя крылья тоже удобные… В сложенном состоянии — что-то вроде плаща, в раскрытом… интересно, насколько хорошо я летаю? Хвост длиннющий, тонкий, гибкий, а на конце что-то вроде жала скорпиона. Да я еще и ядовитый! Сейчас на жале что-то вроде пенопластовой насадки… долой ее! Да, действительно, на кончике жала у меня что-то вроде биологического шприца, и из него что-то капает. Слегка поворачиваюсь и вижу, как на том месте, где это нечто только что вытекло, расплывается буроватое пятно.