Олег пересек глубокую лужу, обдав грязными брызгами «прибрежные» кусты.

— «Унылая пора! » — продекламировал он с затаенным восторгом.

— «Очей очарованье», — машинально продолжил Птенчиков.

— О, вы тоже знаете Пушкина! — обрадовался Олег. «Кто ж не знает Пушкина?» — хотел ответить Иван, но поперхнулся: с воротника новенькой курточки его собеседника свешивалась бирка ценника.

— Да, да, Пушкин, великий русский поэт, — пробормотал Птенчиков, отворачиваясь к окну. «Мохнатое чудовище», не замечая его смятения, принялось увлеченно рассуждать о литературе.

«Инопланетянин. Как пить дать — инопланетянин! — думал Птенчиков. — Сейчас он выдвинет свою „вторую панель“, и унесусь я знакомиться с внеземными цивилизациями!» Ему вдруг стало весело. Иван представил, как позавидовали бы ему ученики. «А вам еще рановато, уважаемые! — мысленно поддразнил их Птенчиков. — Все ли из вас, к примеру, знают, кто таков Владимир Дубровский?»

— Куда теперь? — прервало его мысли «чудовище».

Птенчиков осмотрелся. Они стояли у дальнего выхода из парка. «А куда бы вы предпочли? — хотелось спросить осмелевшему учителю. — Может, показать вам Кремль? Третьяковскую галерею? Большой театр?»

— Направо, — вздохнул он. — Я бежал дворами, но на машине придется объехать по проспекту. Ничего, в нашу сторону в этот час должно быть свободно, пробка обычно стоит по направлению к области.

— Пробка… — задумчиво повторил Олег. Интересно, как инопланетянин представляет себе автомобильную пробку?

Птенчиков снова скользнул взглядом по ценнику.

— Что-то не так? — встрепенулся заметивший его взгляд инопланетянин.

— Так, так! Всё изумительно! — заверил его Птенчиков, ругая себя последними словами. Ну как это чудовище, испугавшись, что его разоблачили, нажмет кнопочку «SOS», и на несчастную Землю обрушится боевая эскадра пришельцев!