– Ты задаешь много вопросов, но только лишь спрашивая, ничему не научишься. Надо уметь слушать.

– Слушать… – пробормотал молодой Дирт. – Что от тебя можно услышать?

До трех лет дети учатся все вместе. Им еще не дают в руки оружие, даже учебное, даже игрушечное. Их учат правильно стоять, правильно двигаться, правильно смотреть и слушать. Их учат дышать и кричать. Их учат молчать и терпеть.

Это скучно…

Когда ребенку исполняется три года, он получает свое первое оружие – боевой кинжал, легкий, простой, но бритвенно острый. На рукояти вырезано слово. Это имя кинжала. Когда мальчик напитает лезвие своей кровью, это имя перейдет и к нему. Теперь они неразлучны – человек и его кинжал. Кинжал и его человек…

После того, как ребенок обретет имя, он становится Послушником. У него появляется Наставник. Два года Наставник учит своего подопечного работать с кинжалом. Два года – это минимум, необходимый для того, чтобы почувствовать оружие…

В пять лет мальчик получает коня.

В шесть – сбрую.

В семь – седло.

Когда мальчику исполняется восемь, Наставник вручает ему меч. Небольшой, скромный, дешевый. Ученический. Четыре года надо, чтобы усвоить основные приемы фехтования. Еще два года уходит на то, чтобы научиться драться без приемов.

Где-то к пятнадцати годам Послушник голыми руками ломает исщербленый старый клинок. Это значит, что теперь он способен справиться с настоящим боевым мечом.

Примерно год Наставник выбирает оружие для своего ученика. Тут нельзя ошибиться, потому что этот выбор на всю жизнь. Кому-то нужен двуручный гигант, кто-то предпочитает пару стремительных коротких клинков…

В шестнадцать лет они встречают друг друга – воин и его меч. Подросток в первый раз касается рукояти и уже не хочет ее выпускать.

Когда Послушнику исполняется восемнадцать, ему завязывают глаза и выводят в мир. Дорога в селение, где прошло его детство, теперь закрыта. Он сможет туда вернуться, лишь когда получит право называться Наставником. Но на это уйдет много лет. Пока же он, странствуя со своим учителем, должен завершить Послушание.